CHANEL

Костюмная бижутерия и Коко Шанель

 

«Мне наплевать на драгоценности. Они ничего не добавляют к радости жить. Украшений должно быть много. Если они настоящие - это отдает хвастовством и дурным вкусом. Я делаю поддельные и очень красивые. Они даже красивее настоящих. Украшения ставят свою метку на эпохе. Я бы хотела, чтобы моя была отмечена бижутерией Chanel». 

Коко Шанель.

 

В 1920-х гг. практически все кутюрье придерживались правил «хорошего вкуса». И только двое предложили принципиально новые идеи. К. Шанель предложила идею ношения бижутерии, которую, в отличие от драгоценностей, можно было носить и с повседневной одеждой. С присущей Шанель легкостью ломать стереотипы, «Великая Мадемуазель» впервые осмелилась заявить, что украшение – это не более чем декоративный элемент, деталь костюма, а не состояние, которое носят на шее и которое можно продать в случае нужды. При помощи аксессуаров и дополнений платье легко превращалось из повседневного в нарядное, освобождая женщину от необходимости переодеваться несколько раз в день. Это было смелым нарушением традиций — множество драгоценностей с дневными платьями в начале 20 века носили только дамы полусвета. К. Шанель считала, что украшения не должны вызывать зависть, а должны радовать женщину, придавая нарядность даже самой простой одежде. Сама К. Шанель носила ожерелья из поддельного жемчуга вместе с настоящими украшениями, доказывая, что подделки гораздо эффектнее и красивее настоящих украшений. Как она сама говорила, ее «византийский» вкус более всего проявился в украшениях — в одежде она была «минималисткой» (именно К. Шанель стала автором концепции минимализма в моделировании одежды), но когда речь шла о бижутерии, она становилась «максималисткой», нарушая все традиции «хорошего вкуса».

з

Начиная с 1922 года Коко Шанель взялась за изготовление искусственных драгоценностей, которые называла фантазийной бижутерией. К этой работе был привлечен ее друг Этьен де Бомонт, который рисовал эскизы изделий и разрабатывал технологию их изготовления. Этьен де Бомонт, который некогда отказывался приглашать на свои балы «портниху», стал одним из ее наемных работников, а именно «консультантом по разработке бижутерии Шанель».

 

С 1929 по 1937 год на Шанель работал итальянский аристократ, сицилийскии герцог Фулько ди Вердура, которого Коко сначала наняла как текстильного дизайнера. Ювелирные украшения из коллекций ди Вердуры носили женщины самого безупречного вкуса: Грета Гарбо, Кэтрин Хепберн и принцесса Диана. Именно ди Вердура создал для Шанель знаменитые серебряные браслеты со сливочно-белой и черной эмалью. Браслеты были декорированы мальтийским крестом из драгоценных камней. Фулько ди Вердура создал также серию роскошных украшений в стиле Ренессанса и барокко. 

 

 

В середине 20-х компания «Мейсон Грипуа» начала создавать украшения для Шанель. В это время компанию возглавляла Сюзанна Грипуа, известная в мире ювелирных украшений, как мадам Грипуа. 

 

В конце 20-х — начале 30-х Шанель выпустила серию брошей из покрытого эмалью свинца, украшенного горным хрусталем. Большинство из них — это фигурки кошек и лягушек. Принято считать, что все они были сделаны во Франции, хотя многие изготовлены в Америке. 

 

Значительный вклад в историю бижутерии Шанель внес Франсуа Гюго, правнук писателя. Будучи техническим директором фабрики джерсовой ткани в Аньере, он получал от Шанель еще и заказы на создание эскизов брошей, клипс и всякого рода фантазийных гарнитуров. «Бижутерия, создаваемая ювелирами, наводит на меня тоску», – объясняла она. 

 

В ноябре 1932 в ее салонах, Коко Шанель и Поль Ириб организовали выставку ювелирных украшений с бриллиантами, представленными на старых восковых манекенах. Урашения из коллекции «Звезда» и «Комета» отображали наиболее четкое впечатление от стиля ар деко: формы металла с глянцевой, полированной поверхностью лаконично перекликались с блеском бриллиантов. Украшения были выполнены из белого металла, с разными бриллиантами, как по цвету, так и по размерам. После этой выставки имя Коко Шанель навсегда осталось тесно связанным с ювелирными костюмными украшениями. 

 

Начиная с 50-х годов оригинальные образцы бижутерии, созданные великими кутюрье и художниками, ценятся дороже заурядных изделий из драгоценных камней и металлов. Носить авторскую бижутерию становится хорошим тоном. В это самое время — 1954 г. — у Шанель начинает работать ювелир Робер Гуссенс, которому удается воплотить многие идеи Коко. Гуссенс был уверен, что красота камней, разнообразие их цветов и оттенков столь же важны в украшениях, как форма и образ. Ювелир создавал коллекции украшений, художественный образ которых соединял в себе византийские, этрусские и кельтские мотивы. Когда на свет появились знаменитые византийские украшения, прославившие логотип «Chanel» в ювелирном искусстве, Шанель пошутила: «Мы никому не скажем, что это сделали сами. Скажем просто, что украшения были найдены при археологических раскопках на улице Камбон». «Мое знакомство с Коко Шанель было самой главной встречей в моей жизни», — признавался Робер Гуссенс, сотрудничавший с Великой Мадемуазель до последних дней ее жизни. Шанель и Робер Гуссенс были поклонниками искусства Ренессанса и античности. Только два больших таланта могли искусно сочетать бронзу и драгоценные металлы с жемчугом, горным хрусталем и разноцветным стеклом. Хотя Гуссенс работал для многих Домов моды высокого класса, его украшения неразрывно связаны с историей Дома «Шанель». С Домом «Шанель» Гуссенс развивал известный «византийский стиль», и вплоть до 1971 года в костюмных украшениях этого Дома можно встретить коллекции, где присутствуют византийские мотивы. В 1960-х годах Шанель и Гуссенс производили ожерелья цветочных мотивов, украшенные жемчугом и бусами, изделия с изображением орлов, скопированных с англо-саксонских поясов, огромные мальтийские броши в форме крестов со стеклянными зелеными и красными кабошонами.